Выпуск  № 189  от  08.10.2009
А он, мятежный...
«Незаконный» парусник вновь покоряет морские просторы
Михаил РУТМАН

Такое не придумаешь. А придумаешь – скажут: не может такого быть! Во время недавней поездки в Финляндию на улице городка Лаппеенранта встречаю я... капитана фрегата «Штандарт» Владимира Мартуся. Расстались мы с ним, помнится, сразу после регаты The tall ships, races-2009, на которой Мартусь возглавлял волонтерскую службу офицеров связи. Дела со «Штандартом» тогда обстояли неважно – ему не разрешали не только выйти в регату, на которую он был заявлен, но даже отойти своим ходом от берега. Начальник Северо-Западного управления Госморречнадзора Дмитрий Атлашкин неоднократно утверждал, что судно не соответствует требованиям судоходства и потому плавать не должно и не будет. Подробно мы освещали эту ситуацию в статье «По парусам – из главного калибра», опубликованной 27 июля. Заканчивалась она на грустной ноте: «Штандарту» грозила вечная стоянка.
Но он все-таки ушел в море вопреки всему!

Курс – на север

Умению Мартуся держать удар и не сдаваться ни в какой ситуации можно позавидовать. Казалось, положение безвыходное – самодельному деревянному кораблю противостояла государственная машина со всей своей мощью. Тот самый лом, против которого вроде бы нет приема. Но Мартусь прием нашел. «Штандарт» вышел в море на буксире, без экипажа, просто как плавучий объект.

– Я – совладелец этого корабля, – заявил Мартусь, – и по договоренности с другими собственниками могу распорядиться своим имуществом как хочу. В частности, переместить его туда, куда считаю нужным. Этого мне никто запретить не может.

Никто и не запретил. На буксире «Штандарт» пересек государственную границу России, дошел до ближайшего финского порта Котка. Там на него сел приехавший на автобусе экипаж. У местных властей, уверяет Мартусь, никаких претензий к судну не было. «Штандарт» поднял паруса и направился в Клайпеду, последний пункт регаты. Увы, пришел он туда через час после того, как порт покинула последняя участвующая в ней яхта. Но у фрегата была своя, заранее спланированная программа. Он приступил к ее выполнению и скоро нагнал график.

Из Клайпеды он направился в Росток, где поучаствовал в торжествах, посвященных Дню города. Там на борт поднялись представители немецкой портовой полиции. Тщательно осмотрели корабль, проверили все документы, никаких замечаний не сделали и дали добро не только на плавание, но и на коммерческую перевозку пассажиров.

Из Германии фрегат пошел в Норвегию, в города Кристиансанн и Ставангер. В последнем как раз находилась делегация из российского города-побратима Нарьян-Мара. «Штандарт» получил приглашение на празднование 80-летия города, предстоявшее 8 сентября. А после небольшой подготовки на борт парусника сели пятеро молодых нарьянмарцев и в качестве матросов отправились вместе с судном на север. В Тронхейме ребят сменили пятеро их земляков. Дальше были Лафотенские острова, Тромсе, Хаммерфест и, наконец, самая северная точка Европы мыс Нордкап. Для «Штандарта» это был рекорд – так далеко на север за 10 лет плаваний он не забирался.

И вот Киркенес – последний норвежский порт перед российской границей. Но на выходе в Баренцево море парусник попал в тяжелейший 8-балльный шторм. Это было серьезное испытание как для судна, так и для его экипажа. Они выдержали его с честью. Но прогноз на ближайшие дни был неутешителен – шторм до 10 баллов. Мартусь решил не рисковать и повернул судно обратно на юг. Опять зашли в порт Тромсе. Там Мартусь взял напрокат машину и поехал в Петербург продлевать визу. Во время его короткой остановки в Лаппеенранте мы и встретились.

Вернувшись на родину, я позвонил главному оппоненту «Штандарта» Дмитрию Атлашкину, попросил прокомментировать ситуацию. Разумеется, он кипел от возмущения.

– Мартусь вывел «Штандарт» за границу якобы для ремонта, – говорил он. – Судно было соответствующим образом подготовлено, имелся проект ремонтных работ. А то, что оно потом пошло в плавание, нарушает целый ряд международных конвенций. Какие документы мог Мартусь представить в зарубежных портах? Аннулированный судовой билет ГИМСа? Свидетельство о годности к плаванию, которого у него нет? А заключив контракт с администрацией Нарьян-Мара, он попросту ввел ее в заблуждение, потому что исполнить условия контракта не мог. От Киркенеса до Нарьян-Мара – 600 миль. Причем это места, где практически всегда штормовая погода и портов укрытия нет. «Штандарту» могло элементарно не хватить топлива на такой переход, а идти там на парусах – это смертельный риск. Слава богу, что Мартусь на это не пошел. Но по возвращении судна в Петербург ему предстоит очень серьезный разговор с представителями нескольких государственных контролирующих инстанций.

Разговор этот я передал Мартусю. Поскольку оппоненты лично не встречаются, с помощью журналиста возник виртуальный диалог.

– То, что «Штандарт» покинул Россию обманным путем, это ложь, – заявил Мартусь. – Официального заявления о ремонте я не делал. Впрочем, что мне делать с моим судном, никого не касается, и господина Атлашкина в том числе. Судовой билет ГИМСа, к его сведению, у нас пока не аннулирован. Есть решение суда о снятии с регистрации в ГИМСе, но оно еще не вступило в законную силу. А свидетельство о годности к плаванию нам выдал Российский парусный союз. За границей оно ни у кого никаких вопросов не вызывает. Да и сам факт того, что судно успешно и безаварийно ходит столько лет, в том числе в сложных для плавания районах и в тяжелых погодных условиях, знающих людей убеждает лучше всяких документов. А в Россию мы вернемся обязательно, но только тогда, когда парусные суда наконец станут для нее законными детьми. А не чужими, как сейчас.

О том, что «Штандарт», не подпадающий под существующие требования к «стальным кораблям», фактически попал в юридический вакуум, мы уже писали. Сейчас у судна – противоестественный, по сути, незаконный, статус: оно еще числится на учете в ГИМСе, но уже внесено в Госреестр морских и речных судов. Двойная регистрация – это юридический нонсенс. Но ни один из двух «стульев», на которые «сел» Мартусь, не устраивает его, ибо оба статуса практически лишают «Штандарт» возможности выходить в море. Для парусного судна, убежден он, необходимы особые, специальные условия регистрации. Которые есть во всем мире, но только не у нас.

Летом этого года президент некоммерческого партнерства «Проект «Штандарт» Владимир Мартусь обратился с письмом к президенту России. «Поставленные на пути «Штандарта» бюрократические препоны, – в числе прочего говорится там, – по мнению многих моряков, абсурдны и несправедливы. Они подрывают веру большого количества молодых людей в наше государство, в возможность найти справедливость, в российские законы, подрывают веру в то, что их инициатива по защите престижа нашей страны поощряется и востребована обществом...

Решение вопроса находится в ведении Министерства транспорта, которое может (и, с нашей точки зрения, должно) уполномочить экспертов по парусному флоту, например, Технический комитет Всероссийской федерации парусного спорта, провести техническое освидетельствование парусника «Штандарт» по правилам для спортивных яхт, действовавшим в советское время и не отмененным на данный момент (постановления правительства РФ № 251 от 24.03.2009, № 74 от 31.01.2001, приказ Госкомспорта № 440 от 5.11.2002). Такое решение не повлияет на фактическую безопасность на море, поскольку техническое состояние корабля и квалификация его экипажа будут проверены экспертами, обладающими необходимыми знаниями в этой специальной области (парусные суда и яхты)».

Письмо достигло президента, и он начертал на нем резолюцию: министру транспорта РФ: «И. Е. Левитину. Проработайте».

Игорю Евгеньевичу, таким образом, есть над чем подумать. Тем более что к этому его обязывает упомянутое постановление № 251 за подписью премьер-министра Путина, в котором прямо говорится:

«Министерству транспорта Российской Федерации до 1 октября 2009 г. разработать и утвердить:

порядок государственной регистрации спортивных парусных судов и прав на них, а также порядок ведения единого реестра зарегистрированных спортивных парусных судов;

правила классификации и освидетельствования спортивных парусных судов;

положение о дипломировании членов экипажей спортивных парусных судов».

Таким образом, надежды Мартуся не беспочвенны. Хотя, насколько мне известно, из Минтранса пока каких-либо сведений о результатах выполнения данного постановления не поступало. Так что, не исключаю, что «Штандарт» на невских берегах мы увидим нескоро.

Впрочем, существует у Мартуся еще одна возможность узаконить мятежный парусник. Он рассматривает возможность зарегистрироваться в одном из крупнейших международных морских регистров, имеющих представительство в Петербурге. В этом случае «иностранец под российским флагом» «Штандарт» вернется в город победителем, и никто его, что называется, и пальцем не сможет тронуть. Правда, Атлашкин к этой перспективе относится скептически.

– Представители наших и международных регистров работают в тесном сотрудничестве, по одним стандартам, – говорит он. – И вряд ли то, что не получило добро у наших специалистов, будет принято иностранными.

Здесь журналисту надо умолкнуть. Вмешиваться в спор специалистов я не имею права. Зато как житель города имею право высказать свое желание. Хочу, чтобы парусник жил. И ходил в море. Он красив. Он заряжает душу верой в прекрасное. А это по нынешним временам едва ли не самое главное.