Генеральный директор и бессменный руководитель «Дефиле» Ирина Ашкинадзе донесла до сведения общественности, что в этом году ее детище переживает то, что называется «ребрендинг», то есть смену имиджа, названия и логотипа. Теперь вместо привычного «Дефиле на Неве» следует писать то же самое, но латиницей Defile na Neve Fashion Week. Кроме того, у мероприятия появилось постоянное место проведения (договор рассчитан на ближайшие три года). Арт-пространство «Ткачи» – здание бывшей Новой бумагопрядильной мануфактуры исторически связано с отечественным легпромом.
Не секрет, что последние пару лет облик петербургской моды, воплощенный «Дефиле», выглядел не слишком привлекательным: оригинальных идей катастрофически не хватало, и модная неделя задыхалась от большого количества коллекций-однодневок и вопиющего непрофессионализма некоторых участников. В общем, стали поговаривать, что наша мода чахнет на глазах.
Но два года назад впервые состоялась Aurora Fashion Week (AFW), и светская публика встрепенулась. За пару лет организаторам удалось создать иллюзию единения бизнеса и искусства, а главное – заставить представителей модной индустрии поверить в чудо.
На этот раз председатель организационного совета AFW Михаил Баженов уверил, что «проект вышел на самоокупаемость».
Нынешняя программа отличалась национальным разнообразием: свои коллекции показали дизайнеры из США, Бразилии, Швеции, Дании, Эстонии, Латвии, Кореи, Сирии, Ливана, а также Казахстана. Особенно широко была представлена петербургская мода – почти все ведущие модельеры нашего города и несколько молодых дизайнеров предпочли ЦВЗ огромному краснокирпичному помещению на Обводном канале.
На первом этаже «Манежа» был опробован новый формат презентации одежды, который давно используют в целях привлечения богемы такие гиганты модной торговли, как лондонский универмаг Harrods и парижская галерея Lafaуette. Молодые дизайнеры получили в свое распоряжение угол, где создали арт-инсталляцию, отражающую идею коллекции. «Выставка одежды» проходила на первом этаже в специально установленном павильоне, именующемся «черным залом». Вывод из всего увиденного простой: в начинающих художниках-модельерах крепкого ремесленника всегда побеждает задумчивый художник. Вещи помещались среди бумажных птиц, выполненных в технике оригами, цветочные орнаменты на платьях сливались с опавшими листьями, модели разыгрывали партию в шахматы или изображали обитательниц подводного мира. В данном случае одежда приобретает для многих более привлекательный ореол современного искусства.
Пока в черном зале экспериментировали, в белом зале, находящемся на втором этаже, доказывали ценность постоянства. Такое разделение на главный и малый залы, как правило, характерно для театров – что еще раз говорит о том, что петербургская мода, скорее, напоминает театр, чем индустрию.
В таком случае неважно, что для местного климата не годится, допустим, пальто небесно-синего цвета из коллекции Александры Карякиной. Здесь важнее игра в контрасты: грубое и светлое, яркое и блеклое, хрупкое и объемное. Дизайнер известна, в частности, тем, что моделей для имиджевой съемки своей марки Za-Za она нашла среди пенсионеров Фрунзенского района, примирив житейскую мудрость и современную моду.
Простой по форме, но сложной по содержанию была коллекция латвийского дизайнера Арвиса Линде. Он продемонстрировал то, что в искусстве называется «концепт» и ценится выше мастерства. Отсутствие разницы между мужским и женским, постоянное чередование черного и белого, темно-синего и красного, волосы, выкрашенные в пепельный цвет... Автор признался, что ему свойственны «бесконечные поиски прогрессивных инноваций». Похоже, на данном этапе самым прогрессивным стилем он считает унисекс.
Впрочем, более тонким высказыванием на эту тему стала коллекция Татьяны Парфеновой «Двенадцатая ночь», показанная ровно в полночь первого дня работы основной программы. Молодые люди в одеждах свободного покроя, украшенных тончайшими вышивками, читали вслух сонеты Шекспира (без музыкального сопровождения), и было не совсем ясно, точнее, совсем не ясно, какого они рода – женского, мужского или среднего. Происхождения точно эльфийского.
В верности своему однажды и навсегда выбранному стилю в очередной раз присягнули Лилия Киселенко, Лариса Погорецкая, Александр Арнгольдт. В их понимании петербургскую моду по-прежнему диктуют аристократы. Они передают обаяние Серебряного века, грезят Востоком и создают тот самый «уютный декаданс», который напрочь лишен печати порока.
И эта типично петербургская сдержанность (и в то же время чувственность) вступила в диссонанс с коллекциями некоторых зарубежных участников.
Вопиющую роскошь показал американец ливанского происхождения Джамиль Кханса (однажды он продал свое платье, расшитое драгоценными камнями, за один миллион долларов). Его расшитые каменьями и стразами платья haute couture даже для королевского бала слишком вычурны. Показы арабских дизайнеров программы Arabian touch также оказались несколько помпезными; Лария Джакамбаева из Казахстана побаловалась с русским народным китчем, вдохновившись образами древних былин в том их варианте, который предлагают мультипликаторы студии «Мельница». А Леонид Гуревич (США) по-своему обыграл образ Людмилы Гурченко, доведя до гротеска ее советский/светский шик и блеск.
«Высокую моду», которая якобы в России мало кому, кроме поп-звезд, нужна, к нам привезли звезды европейских недель, среди которых Том Браун был объявлен звездой наиярчайшей. Его российским дебютом глубоко за полночь завершилась весенняя Aurora Fashion Week.
Этот праздник моды весьма убедительно выдает себя за форум профессионалов. И после нескольких вечеров, разбавленных «сливками светского бомонда», начинаешь искренне верить, что в Петербурге действительно так много людей, для которых подобное мероприятие – самые что ни на есть трудовые будни.
ФОТО Юлии ЛАРИОНОВОЙ
