Откуда в бюджете дыры
Согласно статье 61 Бюджетного кодекса РФ, в России установлено всего два местных налога, которые полностью зачисляются в местные бюджеты, – это земельный налог и налог на имущество физических лиц. При этом местным органам власти строжайше запрещено устанавливать собственные местные налоги и сборы – видимо, из опасения, что люди на местах окажутся дурнее кремлевских распорядителей и в порыве рвения задушат местными налогами всю деловую активность. Откровенно говоря, ваш покорный слуга сомневается, что такое вообще возможно. В смысле – оказаться дурнее. Ведь никто из бизнесменов себе не враг, и если в одном месте вдруг появятся необоснованные запредельные требования по налогам, оттуда все разбегутся. Механизм саморегуляции «ногами» работает – например, среди петербургских бизнесменов распространено мнение, что налоговые инспекции Московского и Фрунзенского районов намного квалифицированнее и вменяемее, чем такие же инспекции Пушкинского и Петродворцового. Потому регистрироваться и платить налоги фирмы, даже ведущие свой бизнес в окрестностях Константиновского дворца, предпочитают в районе Московского проспекта. Опять же никакого влияния на решивших вдруг посамодурствовать налоговиков муниципалы оказать не могут, а страдают от их действий вполне реально – ведь предприниматели, уходящие в другие округа, оставляют дыры в муниципальном бюджете.
Этим самым местным бюджетам с барского плеча выделены еще так называемые доли в федеральных налогах:
* от налога на доходы физических лиц – 30 процентов;
* от единого налога на вмененный доход – 90 процентов;
* от единого сельскохозяйственного налога – 60 процентов;
Ну сельским хозяйством в пределах Санкт-Петербурга мало кто зарабатывает, а вот налог на доходы физических лиц – тот самый, который уплачивает каждый гражданин и который каждого из нас превращает в налогоплательщика, имеющего право требовать отчет об использовании своих кровных, – призван стать основой МСУ. Действительно, если задача местной власти – удовлетворение потребностей местных жителей, то и решать ее логично в первую очередь за счет налога, который платят все местные жители. В большинстве регионов так и есть, например, в недалеком от нас Выборге налог на доходы физических лиц стал вторым по значению источником доходов бюджета – от него в местный бюджет поступает 186 млн из общих доходов в 520 млн рублей. Это, естественно, не панацея – в том же Выборге, который по населению (80 тыс. жителей) сопоставим со многими муниципальными округами Петербурга, большинство домов и коммуникаций не видели капитального ремонта чуть ли не с момента отвоевания города у Швеции. Там и все 520 млн – это слезы по сравнению с объемом проблем, которые необходимо срочно решать.
Нам отщипнули...
У нас в городе, согласно Бюджетному кодексу РФ, судьбоносные цифры устанавливаются ежегодно законом о бюджете. Есть у этого объемнейшего документа такая скромная часть: Приложение 13, «Перечень источников доходов внутригородских муниципальных образований Санкт-Петербурга и нормативы отчислений в их бюджеты». Что интересно – уже в названии этого приложения заложено, на мой взгляд, противоречие нормам Бюджетного кодекса РФ. В кодексе сказано, что «власти Петербурга могут определять нормативы отчислений» – процент от федерального налога, которым готовы поделиться с муниципалами. А наши городские власти норовят определить «Перечень источников доходов» – то есть вообще всех источников, налоговых и неналоговых. Муниципальным властям городские отщипнули:
налог с имущества, переходящего в порядке наследования или дарения;
45% от единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности;
налог, взимаемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения.
И все!
Последние два составляют сегодня реальную основу МСУ. В частности, в нашем 72-м МО на долю этих налогов приходится 65% всех доходов. И это кажется даже логичным: ведь «вмененку» и «упрощенку» платят предприятия малого бизнеса – парикмахерские, мастерские по ремонту обуви, ларьки. То есть бизнес, наиболее близкий к населению, своими налогами обеспечивает деятельность органов власти, наиболее близких к населению. Казалось бы.
Да вот беда – этот самый малый бизнес на 80% вытеснен властью в тень, в «серые» схемы и откровенную нелегальщину. Он ради собственного выживания вынужден прятаться и уклоняться от любого соприкосновения с «официозом», в том числе от соприкосновения налогового.
А есть ли смысл работать?
Дополнительный шарм ситуации придает то, что процент отчислений от наиглавнейшей для муниципалов «упрощенки» устанавливается властями каждый год заново и для каждого муниципалитета отдельно. Это в значительной степени убивает в муниципалитетах любые стимулы к развитию малого бизнеса. Например, нашему 72-му округу в прошлом году полагалось 80% от «упрощенки». Мы старались всячески налаживать конструктивные отношения с малым бизнесом на территории округа, привлекать его к нашим мероприятиям и выводить из тени. И что? В проекте бюджета на 2010 год нам оставили лишь 70%! То есть получается, чем больше ты заработал, тем больше у тебя отберут. Какой тогда смысл работать?
Наш муниципальный совет обратился в ЗакС с законодательной инициативой – давайте расширим количество предприятий, которые могут платить «вмененку», за счет небольших баров и кафе. Предпринимателям будет проще, удобнее и выгоднее платить такой налог, установится их прямая связь с местной властью. Тогда и спрос будет другой: условно говоря, я вам налоги плачу, так почему у меня дорожка перед баром незаасфальтирована? Однако бюджетно-финансовый комитет ЗакСа дал отрицательное заключение.
Подачки с барского плеча
Похоже, все «проценты отчислений» установлены так, чтобы муниципалитетам не хватало средств на решение даже простейших задач и постоянно приходилось идти на поклон – за субсидиями и бюджетными кредитами. Субсидии «на обеспечение бюджетной обеспеченности» – это когда город вдруг решает выделить отдельному муниципалитету денег. Вне всяких налогов или прочих регламентированных процедур – просто так, с барского плеча. Кому и сколько хочу. Вы тоже чувствуете в этом месте запах коррупции? Нет? Тогда попробуйте предположить, что нужно сделать, чтобы некто без всякой рациональной причины «захотел» выделить средства именно вам.
Например, в 2009 году муниципальный округ Балканский получил субсидий на 32 млн рублей, муниципальный округ Васильевский – 6 тыс. рублей, а наш 72-й – ничего.
Есть еще, правда, у муниципалитетов неопробованные и неосвоенные (по незнанию ли или от излишней робости) резервы из числа неналоговых. По Бюджетному кодексу, в местные бюджеты подлежит зачислению 40% платы за негативное воздействие на окружающую среду и 100% платы за пользование водными объектами. Заводов, уплачивающих выплаты за выбросы в атмосферу и т. п., в Петербурге хватает. Да вот только не слышал я, чтобы хоть один муниципалитет получил из этих денег хоть копейку – а ведь именно нам приходится бороться с нанесенным ущербом. Что касается платы за пользование водными ресурсами, это и вовсе страшная тайна за семью печатями. Кому принадлежат озера в черте города? Кто получает доходы от их использования, и в особенности – от незаконной застройки берегов? В утвержденном городским законом о бюджете «Перечне источников доходов» об этом тоже ни слова.
