– Александр Иванович, что представляет собой кадетское движение в современной России?
– Оно состоит из нескольких больших групп. Прежде всего это объединения выпускников суворовских и нахимовских училищ, кадетских корпусов и специальных военных школ. Движение охватывает также объединения и землячества кадет различных училищ, компактно проживающих в административно-территориальных образованиях, – таков, например, наш петербургский Союз СНК. А есть еще региональные, межрегиональные, международные кадетские объединения. В том числе общероссийский союз «Открытое содружество суворовцев, нахимовцев и кадет России». Всего же разного рода кадетских организаций в нашей стране более ста.
– Но они же, как я понимаю, существовали не всегда?
– Да, в конце 80-х годов прошлого века в Москве возник «Клуб суворовцев», а у нас, в Питере – «Союз суворовцев». В 1993 году к нам присоединились нахимовцы. Движение крепло, набирало силы – особенно после того, как в 1990-е годы мы установили связи с русскими кадетами на Западе. Ведь в дореволюционной России было 29 кадетских корпусов, выпускники которых шли в юнкерские училища, а также Пажеский и Морской корпуса, дававшие высшее военное образование. Часть из них перестали существовать в ходе трагической русской усобицы, а другую удалось худо-бедно вывезти в Европу. Но речь в данном случае не об их выпускниках, а прежде всего о питомцах трех сербских кадетских корпусов – Донского, 1-го Русского и Крымского, где учились дети оказавшихся на чужбине после гражданской войны офицеров русской армии. Несколько
позже во Франции возник Версальский корпус-лицей, а сербские корпуса объединились со временем в 1-й Великого князя Константина Константиновича Русский кадетский корпус. Именно Константин Романов в начале века патронировал эту сферу военного образования, поэтому русское воинство в эмиграции чтило его особенно.
Так продолжалось до 1944 года, когда кадетские корпуса в Сербии, где власть взяли сподвижники маршала Тито, были ликвидированы. Их выпускники рассеялись по миру. Теперь те немногие, кто еще жив, обитают в ряде стран Европы, в США, Канаде, Латинской Америке и Австралии. Два года назад, когда у нас проходил первый съезд кадет России, у них состоялся уже 19-й под лозунгом: «Рассеяны, но не расторгнуты».
– Кадеты зарубежья приехали на съезд?
– Все они уже очень немолоды, но кое-кто еще в силах. Четыре делегации прислала Украина, две – Белоруссия, по одной – Литва, Аргентина, Канада и США. Из США прибыл Виктор Бандурко, представляющий там казачье движение, из Канады – историк Юрий Мордвинкин, а из Аргентины – философ, педагог и журналист Игорь Андрушкевич – издатель и редактор периодического вестника «Кадетское письмо», основанного в Буэнос-Айресе еще в 1955 году. Кстати, накануне съезда Игорю Николаевичу исполнилось 83 года, и наш союз приготовил ему в подарок настоящие командирские часы. А вот старейший кадет России Владимир Корбе, закончивший 1-й Русский кадетский корпус в Сербии, которому в этом году исполнилось сто лет, к сожалению, прилететь из американского Сакраменто не смог. Получены приветствия из Франции, Венесуэлы, Бразилии, Нью-Йорка, Сан-Франциско.
Ветераны кадетского движения постепенно передают современным российским кадетам – выпускникам суворовских и нахимовских училищ, а также кадетских корпусов и специальных военных школ символы своего движения. На первом съезде старшими братьями-кадетами было передано знамя Нью-Йоркского объединения зарубежных кадет, символизирующее единство кадетских корпусов, – поэтому на него были нашиты погончики императорских кадетских корпусов. Российские зарубежные кадеты хранят знамя Псковского кадетского корпуса, обгоревшее в годы гражданской войны, но все же спасенное. А на кадетские построения выносится знамя Сумского кадетского корпуса, спасенное кадетом Дмитрием Потемкиным – потомком брата светлейшего князя Григория Потемкина-Таврического.
Кроме того, в России теперь находится и другая ценнейшая реликвия – внушительных размеров серебряная братина. На открывающемся завтра съезде московские кадеты, принимавшие первый съезд, передадут нам формуляр Открытого содружества суворовцев, нахимовцев и кадет, куда занесены все его члены, знамя Нью-Йоркского объединения зарубежных кадет и братину, а также копию знамени Фанагорийского полка. Мы будем хранить их в Петербурге и передадим организаторам следующего съезда. Но у нашего Союза СНК есть и собственная реликвия – копия знамени Семеновского полка, в котором начинал службу Александр Суворов. Она хранится в Санкт-Петербургском суворовском училище, но на эти дни переместится в зал съезда.
– Полагаю, съезд собирается не только для «демонстрации флагов» кадетского движения?
– Конечно, нет! Нас ждет обсуждение двух очень важных вопросов – развития кадетского движения и кадетского образования. Ради этого в Петербурге собираются наши товарищи от Калининграда до Владивостока, от Мурманска до Ставрополя, а также, как я уже сказал, кадеты зарубежья. С одной стороны, мы еще не достигли полного единства взглядов по этим вопросам. Но, с другой, мы видим как на наших глазах выхолащивается суворовское и нахимовское образование. Из-за возникшей в конце минувшего века моды на кадетскую тему стали как на дрожжах расти «гражданские» кадетские классы и кадетские школы. Появилось мнение, что кадеты (читай – патриоты, государственники) могут воспитываться не только (и не столько) в закрытых образовательных учреждениях. Но мы знаем, что подобный «эксперимент» уже имел место в XIX веке в ходе так называемой милютинской военной реформы. Тогда из этого ничего путного не вышло, и император Александр III, к счастью, вернул все на круги своя. Полагаю, что нечто подобное может случиться и в этот раз. Ведь подобные «реформы» могут принести непоправимый вред военному и патриотическому образованию новых поколений россиян.
Совет петербургского Союза СНК рассчитывает, что предстоящий съезд сможет дать новый импульс развитию кадетского движения, объединению кадет во имя великой цели – возрождения и развития нашей страны.
Кроме того, в рамках съезда запланирована презентация фонда «Дом кадета». А завершится съезд кадетским балом.
