Перед тем, как рассказать непосредственно о Церкви Ингрии, нужно пояснить, что же такое, собственно, сама Ингрия. Увы, историческое название нашего края известно далеко не каждому петербуржцу: прижилось более позднее – Ингерманландия. Но если внимательно посмотреть хотя бы легендарный фильм «Петр Первый», то там основатель Петербурга обращается к народу со словами: «Не отдадим Ингрию на поругание!». Слово же «Ингерманландия» – это первоначально название шведской провинции, «земли жителей Ингрии». Впрочем, тот же Петр I это название менять впоследствии не стал, и светлейший Александр Данилович Меншиков был у него губернатором именно Ингерманландии...
Исторические корни Церкви Ингрии тесно связаны именно со шведским периодом истории этой земли. Когда после Столбовского мира 1617 года Москва отдала земли Ингрии шведам, здесь и создали провинцию Ингерманландия. Сюда переселяли финнов из неплодородных провинций центральной Финляндии. Вместе с новым народом, который стал называться ингерманландцами, пришла в наши края и лютеранская вера. Однако первое документальное упоминание о Церкви Ингрии относится к 1611 году – еще до Столбовского мира. Таким образом, Церковь Ингрии не «новомодное» явление, а такая же историческая для наших мест вера, как и православие.
В 1655 году у Церкви Ингрии было 58 приходов, 36 церковных зданий и 42 священнослужителя. До революции к приходам этой церкви относились 800 деревень, они содержали около 300 начальных школ и учительскую семинарию.
В 1930-е годы деятельность Церкви Ингрии была запрещена в рамках «борьбы с религиозной пропагандой». Но служения все равно проводились – подпольно. Справедливости ради стоит отметить, что ингерманландцы «спасли литургию» даже в самые тяжкие времена.
Ну а первая церковь была восстановлена в 1977 году в городе Пушкине.
«Я помню то время, когда мы открывали первый приход, – рассказывал просветитель и писатель Арво Сурво. – Мы не верили, что сможем молиться в церкви, а не дома, укрываясь от посторонних. Именно тогда мы вновь осознали себя единым народом со своим языком и верой».
Еще 20 лет назад Церковь Ингрии называли «финской», теперь же правильнее было бы назвать ее «русско-финской». Службы здесь ведутся на двух языках, что отражает современные ингерманландские реалии. Кстати, Церковь Ингрии представлена по всей России – от Петербурга до Сибири (где представители народа оказались в сталинской ссылке). У церкви на территории РФ 75 приходов и около 15 тыс. прихожан. Помимо Петербурга и Ингрии приходы есть в Карелии, Москве, Нижнем Новгороде, Саратове, Саранске, Йошкар-Оле, Омске, Иркутске и Новосибирске.
Если вы хотите понять душу ингерманландцев, лучше посетить один из приходов не в городе, а под Петербургом – в исторических местах этого народа. Например, приход св. Георгия в Колтушах (точнее – в деревне Колбино). Эти края были сердцем Ингрии: в Келтто (Колтуши) приезжали финны в надежде на лучшую долю и состоятельную жизнь. Близость к Петербургу придавала колтушским ингерманландцам столичный лоск – они были вполне зажиточными крестьянами.
Сегодня в Колтушах тоже думают о судьбах народа и его роли в XXI веке. «Ингерманландцев можно назвать «божьим стадом», которому было суждено разойтись по миру в ХХ веке, – рассказывает староста прихода св. Георгия Павел Парккинен. – Сегодня многие из наших соотечественников живут в Финляндии. Но есть и те, кто считает, что «стаду» пора воссоединиться на своей исторической родине. По крайней мере, не покидать родные места. Иначе такого народа, как ингерманландцы, просто не будет. Наш дом – здесь, под Петербургом, а не где-то в другой стране».
На протяжении сотен лет именно вера крепила народное единство ингерманландцев. И сегодня церковь помогает людям обрести, как это теперь называется, самоидентификацию.
